Татуировка для прокурора

Японские карпы, герои древнего мира, тигры и волки – все перечисленные персонажи умещаются в мастерской винничанина, который делает татуировки. Юрий занимается «нательной живописью» уже 15 лет, последние пять – на профессиональном уровне. Он не считает все картины, которые набил на коже винничан и гостей города. Правда, признается, что не было ни одного повторения
— Есть несколько школ татуировки, — рассказывает Юрий. – Американская, европейская, японская. Для каждой характерна своя манера исполнения изображения и, конечно же, образы. Например, японская татуировка, которая ведет свою историю еще от самураев, а то и ранее, чаще всего передает животный, растительный мир иногда, воинов. Мне она импонирует больше всего. В ней глубокий, философский смысл.
Приверженцы американского стиля в татуировках чаще всего изображают на теле девушек в стиле пин-ап ласточек, бабочек, цветы и т.д. А европейские татуировки – скорее смешанный стиль, основанный на европейской мифологии (например, кельтские или старославянские орнаменты и узоры), а также – разнообразные античные герои (например, Медея из древнегреческого эпоса).
— Отечественная татуировка долго была в опале. Скажем, 50 лет назад у нас просто не было другой татуировки, кроме тюремной, — поясняет мастер. – Оттого, видно, первое время у нас была мода на абстрактные узоры, которые ни к чему не обязывали, не несли смысловой нагрузки. Но в последнее время вырос профессионализм мастеров, появились качественные краски разнообразных оттенков, стал лучше и качественнее инструмент. Это дало возможность мастерам делать изображения на коже качественнее и разнообразнее. Да и воображению современных людей можно только позавидовать.
От интересных заказов у Юрия отбоя просто нет. Даже самая первая татуировка, которая, как и любой первый блин, должна была бы быть комом, — запоминающаяся работа.
— Это была татуировка на полживота, — рассказывает мастер. – «Тюремного» содержания: волк, палач, мечи, череп. Пришел к своему другу, а у него машинка, краски... Он и говорит: «ты не мог бы сделать мне татуировку?» Сделал. Получилось очень аккуратно. Сейчас могу изобразить все: от иконы до Джоконды. Не делаю маленькие татуировки с большой детализацией. Могу сделать, но стоить это будет столько же, сколько и татуировка большего размера. Часто клиентов приходится отговаривать делать то или иное изображение. Например, приходил молодой человек, хотел петрикивскую роспись на всю шею – пришлось разубеждать, смотрелось бы неудачно. Договорились делать на руке.
Татуировка – изображение вечное, на всю жизнь, потому к его выбору нужно подходить ответственно. Самая длительная из всех работ Юрия – татуировка на спине одного из клиентов. Работают уже второй год. 80 часовых сеансов – и черно-белое изображение самурая уже практически готово, еще чуть-чуть и появится фон.
— Я не могу сказать, что делать татуировки приходит какой-то особый контингент, — говорит Юрий. – Это девочки и мальчики, это депутаты и прокуроры. Чаще всего депутаты любят изображать что-то, чего бы не было видно из-под рубашки. Был один прокурор — набил себе на левой груди, прямо над сердцем, украинский герб. Были и колхозники, и женщины в возрасте, кто угодно.
Кстати, не раз из-за непродуманной татуировки мастеру приходилось перекрывать неудачное изображение другим. Скажем, наколотые еще в СССР «ВАСЯ», «ПЕТЯ» или уже практически традиционное для шоферов тех времен «АТП №...», владельцев уже раздражают. Иногда желают прикрыть шрамы. Правда, из-за того, что на шрамах кожа отличается, не каждый шрам можно прикрыть узором. «Если след остался от шашки, которой рубанули на колчаковских фронтах – не смогу помочь», — шутит Юрий.
Для винничан татуировка перестала быть каким-то новшеством. Приятно, что к нам приезжают делать татуировки из других городов. Не брезгует нашими мастерами даже Москва: ведь тут делают дешевле, но так же качественно. Татуировка, на самом деле, дело международное, приятно, когда родной город знают еще и в таком ракурсе.