Комбат и его патрули

Патрульно-постовую службу, как и участковых инспекторов, называют рабочими лошадками милиции. Не случайно. Пост патрулей – улицы города. И днем и ночью. Именно ребята из ППС первыми успевают в «горячие» точки городской жизни. Они всегда близко, наверное, поэтому и обижаются на них чаще, чем на других. Но покой и безопасность нашей жизни во многом зависят именно от них. Об этом и чуть-чуть о личном мы говорим с командиром батальона ППС ГУ МВД Украины в Винницкой области подполковником милиции Виктором Слободянюком.
— Виктор Леонидович, горожане заметили, что в последнее время на винницких улицах стало больше патрулей. Это связано с ростом преступности в кризисное время?
— Уличная преступность не возросла. Но патрулей действительно больше: охранять порядок милиции помогают теперь и бойцы «Ягуара», и военнослужащие ВЧ3008. Такой принят закон. За сутки, как и прежде, фиксируется в среднем 7 случаев нарушения порядка – преимущественно хулиганство. Грабежей стало меньше. В последнее время активизировались мошенники, особенно в помещениях обменных пунктов валюты. Ловят клиентов и предлагают курс на пару гривен выше. Потом на руках у людей остается или пустая «кукла» или фальшивки. На прошлой неделе два таких случая было.
— Есть в Виннице «криминальные точки» — опасные районы, улицы?
— Фактически, таких конкретных уже и не осталось. До недавнего времени – пятачок у кафе «Форум» на Свердлова, с 2 до 4 ночи там регулярно происходили драки: кафе работало ночью, вот пьяные и устраивали разборки. Теперь работает только до 23.00, и там – тишина. В основном, конфликты и бывают из-за пьянок, сюжет почти всегда одинаков, что-то вроде: соседи сидели до ночи, выпивали, а потом кто-то кому-то на ногу наступил – и схватились за ножи.
— Наркоманов в городе много? Как ловите?
— Употребляющих наркотики всегда видно. Во-первых, по стеклянным глазам. Кстати, у таких с собой в кармане обычно пузыречек с нафтизином, они его в глаза капают, чтобы красноту убрать. Во-вторых, зачастую наркоманы носят с собой пару пустых бутылок и фольгу – для бульбулятора (самодельный аппарат для курения наркотиков). Правда, на улицах Винницы наркоманы принимают дозы и курят сейчас крайне редко, выезжают за город – часто за Агрономичное. А вот куда прячут наркотики, мы тоже знаем. В сигаретных пачках, за кожаным тренчиком джинсов и в портмоне. Так что, если милиционер на улице просит кошелек показать, не думайте, что ему хочется посмотреть, сколько там у парня денег… Что особенно неприятно, среди таксистов последнее время много тех, которые не только продают наркотики, но и сами употребляют. Недавно задержали такого на ул.Винниченко, у него было три заполненных шприца. Передаем материалы в суд, но потом нам никто не докладывает, работают ли они дальше таксистами. Это уже их службы должны реагировать.
— Виктор Леонидович, часто молодые люди возмущаются, что шли-де, никого не трогали, а тут милиционеры их — давай обыскивать…
— Обыск и личный досмотр – это разные вещи. Обыск проводится с санкции суда, зачастую – в помещении. А досмотр — если милиция видит каких-то подозрительных людей или преступление было совершено, и по описанию эти прохожие соответствуют внешности преступников. Но обычно бывает так: кого-то в сумерках по голове ударили, ценности забрали, и человек потом нам описывает такие приметы: молодой такой, весь в черном. Посмотрите на ребят на улицах – 80% в черном… Вот и приходится проверять. Люди возмущаются, но никто, пока его не коснулось, не ставит себя на место ограбленной и избитой жертвы. А у нас такая работа… К примеру, в прошлом году женщина вечером зашла в свой подъезд, а за ней парень. Цепочку толстую с ее шеи сорвал, на улицу выскочил, а там его подельник ждал. Ну и искали этих грабителей почти без примет, проверяли массу молодых людей. А в одном из ломбардов, когда дежурили, увидели «подходящую» пару – пришли золото сдавать. Они же увидели милицию и — скорее к выходу. Мы их задержали, так вы не представляете, куда один из них ту самую цепочку засунул…
— В трусы, что ли?
— Глубже… Другой случай был. Проверяли двоих, просто подозрительными показались. В результате выяснилось – два приезжих, грабили на улицах винничан.
— И все же, какие действия со стороны милиционеров при таких «проверках на дорогах» допустимы?
— Подойти, представиться, объяснить, почему останавливают: например, проверка документов, или – недалеко произошло преступление. Ничего обидного в этом нет. При досмотре просят предъявить документы и содержимое карманов, могут карманы прощупать. Но лезть в карманы – нельзя. Исключение, если в карманах есть нечто, напоминающее оружие – холодное или огнестрельное. Тогда милиционер должен его изъять.
Иногда прохожие такие сцены по-своему воспринимают, начинают возмущаться, мол, менты, чего к людям пристаете, отпустите парней. Одни кричат: «Менты!», а другие – «Помогите!» Почему люди недолюбливают милицию? Ну, конечно, в семье не без урода… Но, наверное, потому что мы охраняем Закон. А когда, в какие времена Закон нравился. Так что сегодня – «мент», а завтра – «На помощь!» Мы привыкли. Для чего, собственно, работаем? Чтобы помогать. На днях на Вишенке люди к ППСникам обратились – во дворе бультерьер ничейный, кидается на прохожих. Забрали мы собаку к себе в питомник. Если хороший пес, обученный, то служить будет. Нет – кто-то себе возьмет на воспитание.
— Виктор Леонидович, в кабинете столько оружия, причем старого. Хобби коллекционера?
— Да, я люблю оружие. Не все, наверное, знают, что на Винниччине в Отечественную воевала не только Советская Армия и немцы, тут и поляки были, и венгры… Вот каска польская, вот – венгерская. А эта каска – «гладиатор» — использовалась противовоздушной обороной Германии, она 1933 года. Это – пулемет Дегтярева. Им один дедушка в селе дверь сарая подпирал…
— В Вашей семье кто-то воевал?
— Я…
— ???
— Боевой конфликт в Северной Осетии и война в Чечне. В Чечне был с первого дня, с 11 декабря 1994 года. Я тогда заканчивал военное учлище в России, и нас туда направили.
— Скольких убили? считали?
— Это не кино… На войне не считают и зарубок не делают. Может, снайперы и считали, им виднее. А мы стреляли, когда бежали на нас. Кто-то падал, может, от моих выстрелов, может, от выстрела товарища, который рядом со мной, может, просто упал. Это война…
— Оттуда тоже оружие привезли?
— Оттуда ничего нельзя было привезти, кроме воспоминаний. Мне хватило…
— После войны сразу пошли служить в милицию?
— Да. Уволился, в 1996-ом вернулся в Винницу, здесь я родился, и пришел в милицию…
— В тире теперь стреляете лучше всех, пример для подчиненных?
— Бывает и так… у меня есть опыт и я им делюсь.

***
Перед зданием батальона ППС стоят молодые парни в формt, скоро они разобьются на маленькие группы (по 2-3 человека) и отправятся на работу – пойдет патруль по городу. Всего несколько минут для разговора.
— Ребята, вы патрулируете всю Винницу, скажите честно, где в Виннице прогуливаться опасно?
— У нас в каждом районе службу несет по 3-4 патруля, в общем – спокойно. Но возле «ночников» (ночных магазинов) собираются «интересные» люди, уже выпили, но еще добавить им хочется, и всегда готовы подраться. Вот это и есть «горячие точки». Сейчас на улицах грабежей стало значительно меньше, а хулиганят, в основном, именно по-пьяни. Хотя разное, конечно, бывает. Порой – и смешно, и грустно. Как-то нам сообщили, что в доме на Первомайской на балкон одной из квартир вор залез. Мы звоним в эту квартиру, а хозяева – дедушка с бабушкой – нам не открывают, зачем, мол, ночью стучите. Наконец, уговорили. Заходим в квартиру, на балкон, а там – действительно вор… Слава Богу, что все так обошлось.
— Чему вас учит командир?
— У него есть чему поучиться. Строгий, конечно. Но наказывает по-справедливости. Его любимая фраза – «Вышел на работу – работай!» А учит он нас не только чисто профессиональным навыкам, главное – общению с людьми.
— Как вы его за глаза называете?
— А хоть в глаза – комбат. Больше никаких кличек. «Мухоморы» — это в кино, а мы в жизни…